Литературно-художественный музей книги Чехова «Остров Сахалин»
![blank](https://rhlib.ru/wp-content/plugins/wp-fastest-cache-premium/pro/images/blank.gif)
Автор проекта: Евгения Павловна Фирсова, директор Литературно-художественного музея книги А. П. Чехова «Остров Сахалин» (Южно-Сахалинск, Сахалинская область).
Интервьюер: Марина Борисовна Нургалиева.
Транскрибация текста: Елена Владимировна Стасинская.
Изображение на обложке — портал «Музеи Сахалинской области»
Евгения Павловна, в каком году началась история, связанная с наследием Чехова на Сахалине?
С 1890 года, когда он прибыл на остров Сахалин. Первый историко-литературный музей «Чехов и Сахалин» на острове появился в Александровске-Сахалинском. А наш литературно-художественный музей открылся в 1995 году. Кстати, это был период, когда на Сахалине открывалось большое количество музеев.
Когда вы стали директором этого музея?
В юбилейном 2015 году. Сначала пришла на должность заместителя директора. Но по воле случая через год уже возглавила музей. И вот уже восьмой год…
Чем вы занимались до этого?
В музейной сфере я с 2000 года. У меня везде – круглые даты. Сначала была лет пять экскурсоводом, потом – заведующей сектором передвижных выставок, потом – завотделом маркетинга, завотделом истории, заведующей экспедиционно-исследовательским отделом, т. е. курировала различные направления деятельности музея – выставочные, исследовательские, была руководителем разных экспедиций. И ушла из экспедиционно-исследовательского отдела в Музей книги Чехова. 15 лет жизни прошли в Сахалинском областном краеведческом музее.
Есть какое-то ваше личное, особое отношение к наследию Чехова?
Так случилось, что меня пригласили, и это был своеобразный риск, потому что все знают, что в краеведческом музее обширная тематика, здесь можно делать всё и обо всём. В краеведческом музее у нас было несколько проектов, связанных с именем Антона Павловича Чехова. Это и лекторий, и создание интерактивных киосков и театрализованных представлений по чеховским произведениям, и различные выставки, и др. Сам Антон Павлович, его жизнь, пусть не такая длинная, но насыщенная, его творчество, окружение писателя – это большой спектр тем, историй, концептуальных проектов вокруг. Поиск рукописей, поиск каких-то предметов, коллекций… Как-то затянуло.
Когда вы стали руководителем музея, какие самые яркие проекты были связаны с именем Чехова?
Все проекты, реализованные музеем, по моему мнению, яркие. Начну с выставочных. В юбилейные чеховские годы всегда проводим выставки из фондов чеховских музеев. Например, музей-заповедник А. П. Чехова «Мелихово» к нам приезжает периодически. И каждый выставочный проект, который мы проводим, ‒ будь то письма Чехова или выставка, посвящённая театральным постановкам по произведениям писателя, или другие тематические выставки, освещающие биографию Антона Павловича, его семьи, ‒ жителям и гостям области интересны.
Создаём авторские выставки на основе коллекций нашего музея. Так, у нас была выставка «Весеннее обострение» ‒ обо всём, что связано с весной как в произведениях, так и в жизни Антона Павловича. Первым интерактивным выставочным проектом была «Сахалинская зима Чехова». Она открылась в Южно-Сахалинске, дважды побывала в Москве: сначала в Совете Федерации, потом в публичной библиотеке. Причём это выставка в виде книги. Мы-то прекрасно знаем, что Чехов зимой на Сахалине не был. Но и в 89‒90-м и в 90‒91-м годах XIX века, по возвращении, естественно, у него все мысли были о Сахалине. Сначала он к нему готовился, а потом уже – послевкусие, то, что он уже привёз, исследовал, изучал, рассказывал, что можно просто в письмах прочитать, какие у него эмоции были, какие часто повторяющиеся слова. Это очень интересно. «Сахалинская зима Чехова» ‒ замечательный проект.
Есть и исследовательские истории, которые нам также интересны. Например, мы проводили почерковедческую экспертизу книги «Остров Сахалин». Нам эксперты сказали, что Чехов писал как будто под дулом пистолета. Но это долгая история.
Было интересно, когда коллекционеры нашли письмо Антона Павловича, которое поступило в фонды музея. Мы искали и нашли докнижное издание глав «Остров Сахалин». И подготовили репринтное издание девятнадцати глав путевых записок «Остров Сахалин» А. П. Чехова, которые печатались с продолжением в 1893‒1894 гг. в журнале «Русская мысль». Сейчас мы работаем над проектом, тоже связанным с Чеховым. Племянники Чехова были на Сахалине в июле 1958 года и написали также свои дневники, изобразили в своих произведениях Сахалин и Курильские острова. Потому что, в отличие от Антона Павловича, который был на Сахалине до Александровского, его племянники побывали и на Курилах. И они это изобразили в своих произведениях. Уже по этой тематике было два выставочных проекта: один художественный, другой – «Лето с Чеховыми» ‒ интерактивный, в виде маяка. Готовим сейчас новые издания и новые выставочные проекты, ищем партнёров и знаем, где. Уже заключили соглашения. Готовимся: буквально через полтора года мы будем праздновать очередной юбилей Антона Павловича Чехова ‒ очередной юбилей приезда его на Сахалин и очередной юбилей выхода в свет книги «Остров Сахалин».
Здорово! Если говорить о наследии Чехова, что ещё стоит в этом ряду – предметы, экспонаты?..
Для нашего музея главный экспонат – это книга Чехова «Остров Сахалин». Впервые она вышла в 1895 году. Первые коллекции были приобретены у семьи писателя ещё до открытия музея ‒ тогда, в 1989 году, был создан фонд. Известные люди собрали деньги, чтобы была приобретена первая коллекция. Например, медицинские принадлежности, тазик, который, возможно, использовался в семье для приготовления варенья.
Недавно мы приобрели письмо писателя к Ольге Череповой-Орловской. В нём Антон Павлович отвечает на просьбу артистки севастопольского театра о просьбе трудоустроить её мужа, декоратора Александра Орловского. Мы провели почерковедческую экспертизу, научно-исследовательскую работу и точно знаем, что письмо принадлежит Чехову. Также фонды пополнились фрагментом декорации к спектаклю, на котором написано Антоном Павловичем: «Согласовано». Мелочь, но очень интересно. Эти два предмета точно были в руках писателя. Мы их ценим, и они занимают в нашем музее достойное место, как и книга «Остров Сахалин».
К тому же, раз музей книги, а таких музеев по всему миру не так уж и много, к ним особое отношение, в нашем деле главное – собрать все этапы создания книги, а к счастью, всё это мы собрали в музеях и архивах и приобрели копии. У нас самая большая в мире коллекция переводов книги «Остров Сахалин». Это тоже наше достояние, это чеховское достояние, это говорит о том, что Антон Павлович ‒ великий русский писатель, который популярен во всём мире. И сама книга «Остров Сахалин» тоже популярна. До сих пор мы находим в интересных местах издания.
Для нас это ценно, конечно же, это не та история, что, например, в Мелихово или в Ялте, где он провёл последние годы своей жизни. Там мемориальные места, комнаты, дома, квартиры. У нас немного другая история. Но нам тоже есть чем гордиться ‒ коллекциями, которые мы пополняем. Тем более что мы освещаем каторжный период истории острова в тот период, когда здесь был Антон Павлович Чехов. Он же провёл первую перепись населения. Ещё мы занимаемся поиском потомков каторжан, которых описал Чехов в своих переписных карточках. И эти экспедиции очень интересные. Встречаемся с интересными людьми – потомками каторжан, которые до сих пор проживают на Сахалине. Они являются нашими дарителями коллекций конца XIX ‒ начала XX веков. А также есть уникальные находки. И всё это тоже ‒ переплетение с книгой «Остров Сахалин», потому что книга, в отличие от художественных произведений, рассказывает о конкретных, реальных людях, событиях.
Кроме культурно-символических ресурсов, о которых мы говорим, ‒ музейных, литературных, ‒ какие ещё ресурсы привлекались? Кто вам помогал, чтобы всё это воплощалось в музейные выставки, экспозиции?
Я – любитель простых решений, простых проектов. У меня было много учителей, в том числе и у вас я как-то была лет 15 назад, когда увлеклась проектной деятельностью. Плюс у меня очень хорошие коллеги, партнёры, с которыми мне в своё время помогла школа фонда Потанина, когда мы выискивали концептуальные истории на самых простых вещах. У меня очень хорошие хабаровские, владивостокские партнёры: Виктор Шалай, Иван Крюков, Нина Маркова. У нас очень дружное чеховское сообщество, с которым мы каждый год встречаемся в Мелихове, делимся своими проектами.
Последние три года сотрудники музея книги Чехова не просто приглашают готовую выставку из любого центрального музея России, а создают свои выставочные проекты, вовлекают в проекты фонды других музеев. Для меня это очень важно. На Дальнем Востоке многие так работают, я знаю: Приморская картинная галерея, Хабаровский, Гродековский музеи. Готовую выставку привезти легче, чем создать, быть куратором и концептуально сделать что-то своё. При этом мы не забываем про свои фонды. Наша история в том, чтобы популяризировать, раскрыть свои фонды, показать их значение и историю, значимость, актуальность в нынешнем времени.
Очень хорошую историю в этом плане я встречала в Российском этнографическом музее, где используются старые технологии по изготовлению, например, каких-то предметов быта, переделывая их на современный лад. То есть мы технологии изучаем, но делаем современные, нужные в наше время изделия, чтобы показать, что история актуальна и она ‒ вокруг нас. У музея много друзей и партнёров, каждый из них оставил своё зёрнышко, мы «перемешиваем», добавляем свои зёрна, и из этого вырастает потом красивое дерево в виде изданий, выставок, публикаций.
На какие средства вы реализуете ваши задумки? Кто поддерживает вас финансово?
Уже лет 15 я являюсь руководителем Ассоциации музеев Сахалинской области. Первые годы проекты мы делали с помощью грантовой поддержки. У нас в этом плане очень хороший регион. Нам с этим везло раньше и везёт сейчас. Потому что если раньше нам помогали только нефтяные компании, то последние лет семь хорошо поддерживает правительство Сахалинской области. Потому что, помимо грантов для некоммерческих организаций, есть гранты и для физических лиц. Например, мой самый первый проект (лет 20 назад) позволил дополнить экспозиции сенсорными информационными киосками и экранами, которые за бюджетные средства тогда в музей приобрести было нельзя. Сейчас это норма. Это уже цифровизация. А мы старались сделать музей более современным и доступным, показать большее количество документов.
Сейчас многие вещи субсидируются из бюджета. Плюс ещё есть различные фонды. Я знаю, что наши коллеги из муниципальных музеев участвуют в конкурсах Фонда культурных инициатив, пишут проекты, участвуют с ними на местном уровне, выходят на федеральный. У нас очень хорошая поддержка Общественной палаты Сахалинской области по обучению написания проектов. Мы друг другу помогаем. Ну, и региональный бюджет. Если вам удастся доказать, что то, что вы хотите привезти и показать, что-то сделать, реально важное, нужное и уникальное, то вы деньги на это найдёте всегда. Просто нужно сначала проанализировать имеющиеся ресурсы, потому что всегда просят больше, чем нужно на самом деле. Потом посмотреть по сторонам и найти друзей, которые тебе ещё чем-то помогут, и тогда только просить реальную сумму. Когда ты реально проанализируешь ситуацию, тогда обязательно будут деньги и обязательно всё получится.
Кто работает в вашей команде? Кто был сначала, как менялся состав?
У нас, во-первых, команда молодая. Меня пригласила предыдущая директор музея Анна Александровна Жук, на плечах которой лежало строительство нового здания. Раньше музей находился в маленьком домике. И только потом он переехал в новое просторное помещение. Это был один из первых музеев, построенных в 2000-х годах. Когда меня пригласили (а у меня уже был большой опыт проектной и музейной деятельности), мы в первую очередь начали комплектовать команду, которая сможет переформатировать работу в формат более широкий, чем был, чтобы заниматься, в том числе, и проектами. Не могу не вспомнить Анастасию Александровну Степаненко. Это специалист, который ведёт научную работу. Штат сотрудников небольшой, и каждый сотрудник – универсал. Экскурсии проводят все. В экспедицию может попасть любой сотрудник музея, естественно, под руководством научного сотрудника. В музее каждый человек может заменить любого другого, даже в других отделах. Может, это и плохо с точки зрения результативности, но, с другой стороны, у нас взаимозаменяемые люди. Анастасия Александровна готова и выставки монтировать, и статьи писать, и на конференциях выступать.
Второй человек, не менее замечательный, ‒ это Ирина Артуровна Романенко. Она работает в музее уже много лет. Это она в своё время предложила мне подумать о возможности перейти в чеховский музей. Она работала главным хранителем. Эти люди любят музей настолько, что иногда забывают про свою семью. У Ирины Артуровны трое детей и муж. Несмотря на это, она очень лёгкая на подъём, легко воспринимает любые ситуации, знает все фонды музея, очень стрессоустойчивая, а у нас по-другому нельзя. Есть молодые «научники»: стаж около пяти лет, кто-то уходит, кто-то приходит. Это нормально. Я считаю, что если музей и человек нашли друг друга, то это на всю жизнь. А если человек в поиске, то его не надо останавливать. У меня есть замечательная Александра Комкова. Она окончила магистратуру с красным дипломом, руководит экспедиционно-исследовательским отделом, у неё есть уже несколько своих авторских проектов, в том числе ‒ «Штаны-макароны», «Весеннее обострение» и другие. Это человек, который залпом читает любую литературу, всё запоминает. «Корабли России» ‒ тоже её проект. На таких людей можно положиться. У нас, в принципе, на 80 процентов людей, которые работают в музее Чехова, можно положиться. Для меня это очень важно и ценно, потому что людей, которые могут брать на себя ответственность, не надо постоянно контролировать.
Если проследить весь период развития музея Чехова, на какие этапы можно его разбить? И на каком этапе вы находитесь сейчас?
Первый этап – с 1989-го по 1995-й, когда общественники Георгий Ильич Мироманов, Владислав Михайлович Латышев, Раиса Алексеевна Блинова со всей общественностью доказывали, что музей должен появиться в Южно-Сахалинске. Понятно, почему они просили музей именно там. Потому что Александровск-Сахалинский чеховский музей далеко. А центр коммуникации должен быть в Южно-Сахалинске. И во Владимировке Антон Павлович был. И у них получилось, всё-таки своего добились. Период становления ‒ с 1995-го по начало 2000-х годов. Появился первый директор, Александр Мироманов, потом, в 1996-м, появилась Инга Анатольевна Цупенкова. В этот период ‒ создание новой экспозиции, это время, когда появились первые Чеховские чтения, ежегодные конференции, которые мы проводим уже 25 лет. Многие мне говорят, что не надо каждый год. Я отвечаю, что есть традиция, есть публика, которая выступает на них.
Затем у музея начался другой период – период адаптации к окружающей среде, когда в начале 2000-х Инга Анатольевна уже ушла на повышение, пришёл один директор, потом другой, началось строительство здания. Это был для музея период перемен под воздействием разных внутренних и внешних факторов. Если первый период становления – это формирование коллекций, составление экспозиций, второй – период перемен, а вот с 2013 года – период новой жизни, через два года пришла я, в прошлом году он закончился. А сейчас ‒ период планомерного развития. Мы знаем, чего мы хотим, видим, что у нас есть, и пришло время приостановиться, посмотреть по сторонам, чтобы сделать что-то новое, чтобы проанализировать то, что мы собрали и что имеем. Сейчас мы имеем в фондах уникальные коллекции, пора менять экспозицию – наша устарела, ей 10 лет. У нас есть научные исследования, предметы, которые можно внедрять. Сейчас период осознанного взросления, когда можно подумать и выстроить перспективу лет на 10 и снова пожить в период перемен.
В самом начале была ли идеальная концепция проекта? Менялась ли она, дорабатывалась?
Конечно, концепция менялась. Она меняется до сих пор. Мы постоянно спорим, находим новые истории. Ни один проект не написан идеально, как мне кажется. И никогда он не выйдет именно так, как его написали. Просчитав даже все риски, все повороты, всегда вы найдёте что-то новое. В этом суть, плюс и бонус от проектной работы, потому что всегда бывают какие-то неожиданности. И у нас они бывают. Вот проект «Легенды сахалинской каторги». Мы планировали его в одном направлении, а когда вышли в экспедицию, оказалось всё иначе. Пришлось что-то выправлять. Планировали просто выезжать в экспедиции, а потом поняли, что нужно брать с собой видеооператора, записывать воспоминания, потому что половины людей, которых мы записали, уже нет в живых, хотя прошло всего семь лет. Теперь мы всё это перевариваем и думаем, во что это выльется дальше. Очень часто находятся новые факты, новые партнёры, которые также корректируют твоё движение вперед. И это – к лучшему. Мир не может быть только чёрным или белым, нельзя идти только прямо, налево или направо. Чем извилистей дорога, тем интересней результат.
Как складывались отношения с местными ключевыми игроками? Приведите примеры удачных и неудачных взаимоотношений.
В последние годы нам везёт с нашим министерством культуры Сахалинской области, которое поддерживает практически все наши проекты, музеи, всегда нас посещает, у нас идёт профессиональное взаимодействие. А если мы выполняем поручения губернатора, то делаем это вместе. И это очень хорошая история, потому что, если не будет поддержки власти, половина проектов не реализуется.
Следующее партнёрство – это бизнес-компании. Но здесь надо понимать, что когда вы берёте средства от бизнес-компаний, вы должны будете учитывать их пожелания. Они ведь для чего-то это делают – дают средства? Понятно, что это социальный выхлоп для того, чтобы порадовать население, но у компании есть свои приоритеты в каких-то вещах. И это иногда сковывает какие-то наши желания в плане того, что у нас немного меняются цели реализации проекта. Иногда это становится слишком назойливо, пытаешься всё это выправлять. Но здесь ваш выбор – брать спонсорские деньги, соглашаться и идти на какие-то уступки или нет. С этим я пару раз сталкивалась. Но ничего, вместе вырулили, и получился замечательный проект. Здесь надо понимать, что деньги просто так не даются: что бы вы ни делали, вам всё равно придётся подредактировать ваши желания.
Я не знаю, как в других регионах, но у нас такое взаимопонимание, сотрудничество, партнёрство и дружба между различными организациями министерства культуры! Мы можем с одного звонка сделать один большой проект. Неважно, куда я позвоню – в детскую областную библиотеку, в зоопарк, в филармонию ‒ у нас такие коллаборации по различным направлениям: музей, театр, кино! Очень разные. И всё решается быстро, без проволочек. Мы все знаем, что всегда друг другу подставим плечо. Может, это островное положение так даёт о себе знать? Мы не ощущаем, что мы изолированы, хотя, конечно, изолированы. На машине к нам на большое мероприятие не приедешь. Только на самолёте либо морем. Но это так помогает делать уникальными наши проекты, что это очень здорово!
Что касается отношений с муниципальным музеем, то они не такие, как с областным. Хотя муниципальные музеи – они в ассоциации. Так или иначе, мы с ними общаемся, помогаем. У нас появился музейно-проектный офис при министерстве культуры, с которым мы выезжаем, помогаем, решаем проблемы с местной властью. Я не знаю и не вижу проблем, которые нельзя было бы решить. И партнёры, с которыми не сложились отношения, это не партнёры. Значит, этих людей в вашей жизни просто не должно быть.
Мы ведём стратегический проект культуры «Художники Сахалинской области», в его рамках открыты две новые галереи, арт-пространство «Рост» и «Город художников». И недавно проводился первый региональный художественный конкурс «Сахалинская афалина». Художники, которые не заняли призовых мест, сильно расстроились. Это говорит о том, что люди не готовы участвовать в конкурсах, не готовы проигрывать. А если ты не готов проигрывать, то ты и не готов выигрывать. Ты не должен быть злопамятным, ты не должен долго переживать. Да, ты должен стремиться к победе, но если ты её не завоевал, значит, займись самоанализом и иди дальше, пробуй себя в другом, третьем, четвёртом. И ты не должен зацикливаться на негативе. Если ты будешь зацикливаться на негативе, у тебя ничего не получится. Как говорила моя бабушка, больше улыбайся людям, и тогда у тебя будет много друзей и партнёров.
Как менялось отношение местного населения к вашему проекту?
Население музеи любит и очень внимательно следит за их событиями. У каждого музея, а их у нас в Южно-Сахалинске немало на такое количество населения, есть свой зритель и поклонник. Те, кто любит литературу, искусство, идут к нам. Это прекрасно видно, когда мы проводим в музее Ночь искусств. Одни и те же лица. Люди выбирают по своему характеру, по своему желанию. Сейчас, правда, появляются новые. Но всё же. Люди любят, критикуют вплоть до того, с каким лицом их встретил гардеробщик или каким тоном кассир ответил. Люди нас любят, и это мне нравится. Иногда что мы только ни делаем ‒ чуть ли на голове не стоим: и Третьяковку привезли, и Калининград привезли, и Саратовский художественный музей, ‒ кажется, много-много делаем, реклама висит, и очень обидно, когда люди спрашивают: «А где вы находитесь?»
Мы часто зашориваемся в своей системе. Поэтому когда происходят какие-то нестандартные вещи, они позволяют узнать нового зрителя. Вот сейчас у нас есть одно пространство в торговом центре, в котором проходимость до тысячи человек в день. И они проходят через нашу галерею. Я посидела там полдня и посмотрела их реакцию. В торговый центр они ходят часто, а в музее последний раз, наверное, были в школе. Некоторые просто боятся ходить в музеи. Как это перебороть? Наверное, это следующий момент, следующий этап. И музею, наверное, уже самому нужно выйти из своей раковины – из здания музея на те пространства, где музей не ждут или не ожидают увидеть. Я знаю, что такие проекты уже были, и даже в рамках президентских грантов кто-то проводил с индивидуальными предпринимателями. И это правильно. Пора корону с музея снять. Всё-таки мы – для людей и про людей. И надо ехать к людям на музеемобиле, на карете. И когда мы придём на их территорию, где они чувствуют себя комфортно, они потом придут к нам и будут чувствовать себя комфортно у нас.
Как устроена ваша экспозиция? Расскажите немного подробнее, как формировалась коллекция.
У нас сейчас две постоянные экспозиции. Одна – «Сахалин глазами А. П. Чехова». По сути, мы хотим её менять. С помощью экспозиции можно пройтись по главам книги «Остров Сахалин» и увидеть коллекцию семьи Антона Павловича, которая была приобретена для музея в самом начале, копии документов, период его подготовки к поездке, ну, и небольшие инсталляции, которые знакомят с содержанием: как выглядели каторжане, тюрьмы, предметы угольной промышленности. Можно пройти через туннель, услышать эти звуки, увидеть тачку, наполненную настоящим сахалинским углём. Это выход в свет каторжан, когда у них заканчивался срок наказания, и они становились поселенцами. Как организовывалось поселение Владимировка, ныне город Южно-Сахалинск. Роль женщины на каторге мы постарались показать очень аккуратно, потому что, к сожалению, это было самое печальное на каторге. Дети. И всё это дополнено предметами, переданными потомками каторжан: просфора, которой более 100 лет, кандалы, которые кто-то пытался подпилить (мы это увидели после реставрации), лапти, очень много икон, кастет, который нашли на территории Корсаковского округа, на нём нарисовано сердечко. Представлено переселение, медицина. Населённые пункты, где появлялся Чехов, отражены в переписных карточках (конечно, копии, оригиналы хранятся в Москве).
Второй экспозиционный зал ‒ «Остров Сахалин – открытый финал». Почему открытый? Потому что население меняется. Книга получает новые исследования. Чеховедением занимаются многие специалисты в России и по всему миру. Коллекция книги «Остров Сахалин» пополняется. Здесь представлен типовой кабинет писателя конца XIX века. Мы рассказываем о написании самой книги, как она публиковалась, в каких видах, представляем всю нашу коллекцию на иностранных языках и интерпретацию книги «Остров Сахалин» в различных сферах: театральные постановки, экспозиции в музеях. Конечно же, представлены публикации. И один из бонусов – наши посетители могут заполнить на себя переписную карточку, которую могут как оставить в музее, так и забрать с собой.
У нас две постоянные экспозиции, которые пользуются популярностью, которые оживляют книгу «Остров Сахалин», и очень часто после посещения музея люди садятся читать эту книгу. Потому что давайте будем честны: читается она тяжело. Но после посещения экспозиций людям она даётся проще.
Как строилось здание музея, кто проектировал, сколько лет оно строилось?
Я не принимала участие в строительстве здания. Участие принимала бывший директор краеведческого музея, её уже нет с нами, Татьяна Петровна Роон. Принимала участие Анна Александровна Жук, которая сейчас ушла в другую сферу. 31 декабря она получила ключи от здания и осталась в нём одна. В 2013-м году уже официально открыли здание, в этом же году открылась и первая экспозиция. В 2015 году мы открыли вторую экспозицию.
Есть ли при музее сопутствующие производства? Вы сказали о музеемобиле. Что это?
С 2015 года музеемобиль выезжает чеховскими маршрутами: Владимировка – пост Корсаковский и Владимировка – пост Найбучи. Мы везём людей по местам, которые проезжал Чехов. Всё описываем, посещаем Долинский музей, конюшню, рыборазводный завод, везде вспоминаем, что Антон Павлович об этом говорил. Кормим там котлетами по-каторжански, варениками с голубикой. Это то, что он описывал в книге. Если едем до Корсакова, то посещаем монастырь, на территории которого был Чехов не менее трёх раз. Посещаем музей, ферму, где разводят оленей, потому что это было основное средство передвижения в то время. Маршруты пользуются популярностью. С 2015 года и до сих пор мы их не закрыли, до сих пор они проводятся.
Также на музеемобиле мы возим по Пушкинской карте жителей районов к нам в музей. Особенно на крупные проекты. Это называется «Культурный вояж». Привозим и развлекаем детей в Южно-Сахалинске. Посещаем наш музей, Музей медведя, который является нашим отделением, зоопарк.
Музеемобиль – это автобус, которому мы дали такое название, украсили его цитатами.
Есть ли сувенирная продукция, связанная с Чеховым и его книгой?
Мы сделали репринт книги «Остров Сахалин», периодически переиздаём саму книгу 1895 года. Есть литературный путеводитель по Сахалину, который придётся переиздавать уже в третий раз. Он пользуется большой популярностью. Наш друг и партнёр Елена Иконникова, доктор филологических наук, и Анастасия Степаненко, мой заместитель, кандидат филологических наук, собрали цитаты по населённым пунктам путешественников и писателей, которые были здесь в конце XIX ‒ начале XX вв. Мы привлекли нашего местного художника, который, используя фотодокументы, проиллюстрировал этот путеводитель. И мы его издали. Это то, чем мы гордимся, потому что его можно практически использовать там, где вы находитесь, посмотреть, как было и как стало. Ну, и у нас большая взаимосвязь с художниками, мастерами декоративно-прикладного творчества, которые работают по тематике Чехова. Либо мы сами их просим изготовить что-то под заказ, либо изготавливаем сами. Хорошая была история у Мелиховского музея. Анастасия Журавлёва передала нам свою идею, и мы реализовывали кружки, чашки, тарелки с цитатами Чехова, ручки. Мы постоянно расширяем спектр сувенирной продукции.
Какова посещаемость вашего музея за год? Растёт или остаётся стабильной?
Вообще по плану мы ставим 35 тысяч в год. Прошлый год вышло 75. В этом году ещё больше будет, потому что открылись выставочные центры. В прошлом году у нас был проект Государственного исторического музея «Крузенштерн ‒ вокруг света» из 13 музеев России. Под нас адаптировали их выставочный проект к юбилею Крузенштерна. В этом году мы привезли Третьяковку, которая пользуется большой популярностью. До этого был Алмазный фонд, Эрмитаж, Российский этнографический музей. Посещаемость растёт. Но здесь тоже нужно быть аккуратным. Иногда даже не знаем, что придумать в Ночь музеев. Если по билетам, то многие обижаются. Но музей не резиновый, при большом скоплении людей качество предоставляемых услуг падает. Мы однажды проводили конкурс. Причём проводили за две недели. И не ожидали, что примет участие больше тысячи человек. И на награждение пришли практически все. Да ещё каждый ребёнок с мамой и бабушкой. Вот это было «весело»! Поэтому мы стараемся подобного избегать, как-то мониторить ситуацию. Есть нормы просмотра, индивидуального посещения каких-то экспозиций, знакомства с живописью, с предметами. Должно быть пространство, чтобы можно было спокойно посмотреть, послушать. У нас экспозиции дополнены QR-кодами по каждому комплексу на английском и на русском языках. Можно прослушать экскурсию, не заказывая экскурсовода. Всё приспособлено для инвалидов ‒ для них нужно пространство, место и время.
Как вы оцениваете перемены, которые произошли в культурном пространстве города за последние годы в связи с деятельностью музея?
Случилось так, что наш губернатор обратил внимание на музеи. Конечно, особое внимание – художественным музеям и коллекциям, в том числе, и тем, которые мы привозим. Наш музей Чехова является партнёром практически всех крупных проектов, в том числе участвует в Восточно-экономическом форуме (мы привозили туда выставку перформансов – отражение Сахалина в творчестве художников).
Я не могу сказать, что наш музей каким-то образом повлиял. Наше музейное содружество – возможно. Культурное содружество нашего региона меняет отношение людей к культуре. Мероприятия у нас проходят на очень высоком уровне, может быть, из-за того, что мы работаем все вместе, что мы готовы помогать друг другу. Я не могу сказать, что чисто наш музей изменил. Только вместе мы можем что-то изменить, сделать свой край лучше, интереснее, привлечь туристов.
А какие изменения произошли в вас лично и в вашей команде? Появились ли новые навыки, знания?
Каждый проект – это вызов. Однажды я разговаривала с одним нашим именитым доктором наук, археологом. Он сказал: «Если ты будешь стоять на месте, я в тебе разочаруюсь». Любой проект, задача, кем бы она ни была поставлена, даже самим собой, ‒это же вызов, когда ты либо сделаешь, либо пойдёшь на попятную. Для меня это возможность всегда изыскивать новые вещи, соединения. Например, соединить Чехова и Африку (одна из последних историй). Начинаются исследовательские работы, поиск писем, поднимаем документы, произведения. И это настолько захватывает! Появляется здоровый азарт. И если позитивный авантюризм пустить в нужное русло, то получаются хорошие проекты и результаты.
Я считаю, что судьба свела меня с музеем не просто так. Только ленивый в музее не найдёт себе занятие. Это такой спектр проектов, профессий, что ты можешь выйти за традиционные рамки. Я кайфую от работы, от людей, получаю от любого процесса удовольствие, в том числе и от моей команды, потому что без команды ничего бы не получилось.
Учитывая то, что вы, руководитель, проектировщик, решаете много административных вопросов, удаётся ли вам сохранять личный интерес к теме, получается проявлять себя как исследователю?
У меня очень хороший заместитель. Я, например, работаю с бумагами, с бухгалтерией, а она присылает мне сообщения: «Я нашла вот это, это и это». Начинаешь читать и предлагать: давайте поищем ещё вот там, давайте там спросим. Всё это идет в режиме нон-стопа. Причём это может быть ночью, через звонки, СМС, в режиме живого времени. И как будто так оно и надо! Это непрерывный процесс исследования, и ты в нём находишься, по-другому не получится. Я даже как директор не пойду приветствовать гостей, не зная содержания проекта, это непрофессионально. И поскольку музей для меня – и хобби и моя жизнь, помимо семьи, которая занимает немалое место, то мне повезло.
Какие проблемы стоят перед директором музея?
Первая проблема – это поиск финансов для новых проектов. А их много, и хотелось бы все реализовать. В этом году мы начали переформатирование всей экспозиции. Это приоритетная задача. Надеюсь, что успеем к 2025 году. Хочу обновить музей, увеличить территорию постоянной экспозиции. Тем более что по инициативе губернатора в регионе началось строительство центрального выставочного зала. Возможно, временные выставки уйдут туда, а мы усилим наше постоянное экспозиционное пространство, посвящённое Антону Павловичу Чехову, его наследию и, конечно, его книге «Остров Сахалин». Это самая главная задача, которую мы себе ставим, готовимся к юбилею: в 2025 году у нас очередная международная чеховская конференция, которая проходит раз в пять лет. И подготовка к ней идёт уже сейчас.
Если ли у вас мечта, связанная с этим проектом?
Хочется здание в два-три раза больше. Есть кадровая проблема: хочется, чтобы приходили молодые специалисты, и о том, сколько они будут получать, спрашивали в последнюю очередь, а в первую очередь болели музеем. Хочется, чтобы всё задуманное легко исполнялось, а у нас на острове по разным причинам это не всегда удаётся. Чтобы мы не думали, сколько это стоит, а просто делали и радовали людей. Хотелось бы, чтобы наша команда понимала, для чего всё это делается и получала удовольствие от процесса.
Пускай всё так и будет, и все мечты сбываются.