Проект «Рыбинские рыбы». Автор: Алексей Алексашин (Рыбинск)

Проект «Рыбинские рыбы». Автор: Алексей Алексашин (Рыбинск)

Алексей Алексашин – основатель уникального бренда. В беседе он расскажет, как возникла идея создания «Рыбинских рыб», и что собой представляет проект. Из интервью вы узнаете о крупном проекте, поддержанном Фондом президентских грантов, об эффективном государственно-частном партнёрстве, а так же, об успешном взаимодействии частного музея с местным сообществом.

 

Для быстрого перемещения по тексту используйте ссылки в Содержании

ИДЕЯ

Алексей, расскажите о своей деятельности. Как вы пришли к проекту «Рыбинские рыбы»? 

—  Алексей Алексашин: Идея «лежала на поверхности». В городе с говорящим рыбным названием не было ничего из сувениров на рыбную тему. В то время я работал на одну корпорацию, частенько ездил к начальству. Они мне говорили: «Ну ты же из Рыбинска, привези нам рыбу». Я изгалялся как мог: привозил вяленую, копченую — всё было не то. Гастрономический сувенир, конечно, имеет место быть, но он не для всех. Была потребность в создании авторского аутентичного сувенира. Известные федеральные бренды сувенирной продукции, например, проект «111» не отвечал этим требованиям. У них стандартизированная массовая продукция, которая отличается лишь логотипом клиента в каждом конкретном случае. 

ИСТОРИЯ СТАНОВЛЕНИЯ БРЕНДА

Первым нашим заказчиком стал новый мэр города. Есть такой термин — монополия, когда один поставщик на рынок поставляет определённый товар. А есть монопсония — один покупатель товара. Так вот, наш мэр стал «монопсоном» на первые несколько лет. Он помог нам на этапе становления нашего бренда, когда мы долго экспериментировали с фактурой, формами, материалами, технологиями. Приобретал у нас даже «промежуточные» варианты сувенира. Тогда же происходило формирование нашей команды. Не все профессиональные художники, которых мы привлекали, могли рисовать на заказ. Кто-то привык к академизму и не мог перестроиться на стиль декоративно-прикладного искусства. В конце концов, мы отработали технологию, коллектив наших мастеров выкристаллизовался, и в небольшом, но дружном коллективе мы трудимся с 2014 года. 

В наших сувенирах мы максимально реалистично пытаемся отразить ихтиофауну Волги, Рыбинского водохранилища, близлежащих рек. «Рыбинские рыбы» — это настенные деревянные скульптуры, которые изображают те или иные виды рыб. Они, также, являются экспонатами нашего музея и постоянно пополняются. Так как мы одновременно и музей и мастерская, посетитель может любой из них приобрести. Это возможность выжить для нас, потому что мы бюджетники. Для посетителей это возможность бесплатного посещения нашей небольшой мастерской, в которой можно непосредственно увидеть работу художников. Как известно, есть три вещи, на которые можно смотреть бесконечно: на огонь, на воду и на то, как работают другие.

Какова историческая подоплека вашего проекта, на какие культурно-символические ресурсы вы опираетесь. Скорее всего, это не только рыбы, но и какие-то истории?

— Мы родились не на пустом месте. Ярославская область традиционно богатая лесом территория и соответственно, большинство изделий зжесь производились из дерева. Мы использовали местные культурные коды, но при этом творчески переосмыслили то, что делали наши предки. Например, нам попалась на глаза старинная фотография конца 19 века. На ней была изображена семья пряничников. Пряничник — это человек, который профессионально занимается изготовлением пряников. Семья сидит на крыльце дома, глава семьи держит в руках огромную пряничную доску, на которой изображена рыба. Это был знак: мы увидели, что нам нужно сделать подобное. Но так как мы всё-таки не пряничники, рыбу мы сделали не вдавленной, как на пряничной доске, а выпуклой, рельефной. 

Если говорить об этапах становления вашего проекта, из каких шагов состоит этот процесс? 

Это как в Библии: «Вначале было слово». Вначале была идея. Была определенная потребность и понимание того, что нет того, что мог бы житель Рыбинска в подарок увезти из города, приобрести в качестве какого-то знакового предмета, сувенира из города. Далее были изыскания, с которыми нам на начальном этапе помогла местная администрация. Параллельно шли поиски техник и подбор материалов, формировался творческий коллектив. 

У вас была какая-то изначальная концепция, видение вашего проекта? 

— Нет. На самом деле, я воспользовался философией Дао, древних китайских даосов: нужно просто отдаться течению жизни и аккуратно плыть, изредка «подруливая» в нужном направлении. Потому что это не бизнес-модель, которую просчитывают стратеги, экономисты, маркетологи и получают на выходе  продукт с гарантированным качеством и заявленной нормой прибыли. Это другая история. На этапе идеи я не мог предположить, что выйдет то, что сейчас осенью 2021 года имею. Но то, что получилось, мне нравится. 

Помимо административной помощи, есть ли у вас какие-то дополнительные источники финансирования? 

— Конечно, есть, это то, что помогает нам держаться на плаву. У меня есть доход от предпринимательской деятельности, это другая отрасль. Существуют низкие сезоны (вне периода отпусков, когда люди устремляются в путешествия), которые начинаются с осени до Нового года, когда будет небольшой всплеск (длительные каникулы), далее высокие точки спроса — 23 февраля, 8 марта и летний период. Причём не только у нас, а у всех коллег в туристической отрасли, а также, в целом, в сфере гостеприимства наблюдается такая тенденция. Разве что у горнолыжных курортов наоборот — сезон зимой. Чтобы удержаться на плаву, нужно иметь какой-то «задел», либо финансовую модель, которая позволяет это делать. 

ТУРИСТИЧЕСКИЙ ИНФОРМАЦИОННЫЙ ЦЕНТР В МУЗЕЕ

В вашем музее, в том числе, есть это туристско-информационный центр.

Туристы к вам приходят за информацией для прогулок по городу, за маршрутами, рекомендациями? Можете ли вы выстроить индивидуальную туристическую программу? Как у вас налажена эта система?

—К нам постоянно заходили туристы, и помимо того, что они интересовались непосредственно нашим музеем, уже стандартными стали вопросы: «Куда пойти? Где поесть? Где остановиться? Что посмотреть?» Мы давали стандартные рекомендации: «Налево пойдешь, в кафе попадёшь, направо пойдёшь — памятник увидишь, прямо пойдёшь…».  Так прошел год-два, и я подумал, что нужно «узаконить» отношения. Мы обратились в областной департамент туризма, и открыли туристско-информационный пункт. Департамент туризма снабжал нас бесплатными информационными материалами о местных, городских и областных, достопримечательностях и туристических «продуктах». А мы получили дополнительную «точку притяжения». У нас сейчас среди раздаточных материалов: набор флаеров, визиток, карта Рыбинска. У туриста есть возможность получить «сладенькой халявки». Причём, я об этом говорю в абсолютно позитивном ключе.

ЭМПАТИЯ И ДОБРОЖЕЛАТЕЛЬНОСТЬ

Как вы подбираете сотрудников?  

Туризм — это индустрия гостеприимства, и человек, который в ней работает, должен обладать определенной эмпатией, готовностью взаимодействовать с посетителями. В своё время мне приходилось расставаться с людьми, которые данными качествами не обладали, несмотря на то, что в других областях были вполне профессиональны и компетентны. Это, как в теореме: есть необходимое, а есть достаточное условие. Так вот, необходимое условие для любого сотрудника индустрии гостеприимства —  наличие эмпатии и доброжелательность. Это правило музеев, информационных центров, любых мест, где встречают гостей. Если у человека нет нужных качеств — работать в этой сфере не стоит. 

КАНАЛЫ ПРОДВИЖЕНИЯ

Как о вас узнают люди? 

— Главным образом, мы используем для этого два ресурса: Yandex.-карты и Google-карты. Большая проблема и вызов – работа с отзывами на этих ресурсах, в том числе, с негативными. Когда тебе пишут: «Мы хотели прийти, а у вас закрыто» и  ставят одну звезду, хотя указан телефон музея, тебе по-человечески обидно. У кого-то настроение не сложилось, может, вообще «наболело». Это к вопросу об эмпатии. Любой сотрудник в индустрии гостеприимства может столкнуться с разнообразной негативной реакцией. Я участвовал в тренингах по гостеприимству. Мы делились на две команды: первой раздавался список вопросов, вторая должна была на них  корректно ответить. Это целое искусство. Памятуя обо всём этом, теперь всегда стараюсь улыбнуться сотрудникам гостиницы и поблагодарить. Я знаю, что люди нуждаются в позитивной реакции и в добром слове. Так же как и я на своём месте.

Помимо этого, наши каналы продвижения — это соцсети, репортажи тревел-блогеров, порталы https://visitrybinsk.ru и https://visityaroslavia.ru

Коллеги из областного Департамента туризма сейчас работают над созданием карты гостя. Такая карта уже существует, например, в Татарстане. 

Кто ваш основной посетитель? 

— Это совершенно разные люди, разные категории. Во-первых, это родители с детьми. Мастер-классы у нас предназначены для детей от 3 до 9-10 лет. Вторая категория  — это туристы, не готовые к серьёзному погружению во все сферы исторической, художественной, культурной жизни города. Ей достаточно небольшого краткого знакомства. Ещё одна целевая аудитория — пассажиры круизных теплоходов. Мы находимся недалеко от причала, поэтому естественно, что, сойдя на берег, пассажиры приходят к нам за сувенирами. Эти ребята позволяют нам держаться на плаву, спасибо им большое. Аура купеческого Рыбинска существует, и это прекрасно. 

В чем вы видите уникальность Рыбинска, и как вы эту уникальность показываете через свой проект? 

—Я не так давно понял, что Рыбинск — мультибрендовый город. Если история с Мышкиным так или иначе крутится вокруг мыши, то Рыбинск более разноплановый. Рыба — лишь одна из «граней» туристического Рыбинска. Мы, как информационно-туристический центр, знакомим гостей и с другими проектами и локациями. 

ПРОЕКТ «МОЛОГА – РУССКАЯ АТЛАНТИДА»

Какие ещё интересные объекты есть на данный момент в Рыбинске?

— В последние годы у нас прослеживается тенденция к увеличению числа частных музеев. Активно используется такая форма взаимодействия, как государственно-частного партнёрство. Весной была выпущена туристическая карта города с актуальными локациями. 

Расскажите подробнее про государственно-частное партнёрство.

—Под водами Рыбинского водохранилища находится множество затопленных деревень и сёл, в том числе, город Молога. Давно витала идея, «визуализировать» Мологу, используя воспоминания, семейные предания мологжан, большая часть которых переселилась в Рыбинск. Сохранилось несколько десятков черно-белых фотографий, парочка акварелей с изображением Мологи. Я, как «визуал»,  решил воплотить идею, создав макет затопленного города. Мы подали заявку в Фонд президентских грантов на сохранение исторической памяти и получили его. Началась история нашего партнёрства с Рыбинским государственным историко-архитектурным и художественным музеем-заповедником. Это пример партнёрства некоммерческой организации и федерального бюджетного учреждения.

Мы пользовались их архивами, привлекали специалистов в качестве научных консультантов и создавали совместно с ними будущую экспозицию. В апреле, в музее-заповеднике открылась интерактивная выставка «Молога — русская Атлантида». В экспозиции использованы подлинные экспонаты, артефакты из затопленных территорий, которые хранились в фондах музея. Центральным элементом стал, созданный по фотографиям, планам, устным преданиям макет Мологи. Это около 400 зданий: домов, церквей, учреждений. 

Три года мы работали над этим проектом, команда изучала внешний вид сооружений по архивным планам. Мы выяснили, что Мологжане разбирали дома, делали из них плоты, сплавлялись вниз по Волге, и на берегу реки, на окраине города, заново дома возводили. Есть целые кварталы мологских домов. Для того, чтобы узнать, как выглядел деревянный дом в Мологе, нам нужно было просто заехать в такой квартал и сфотографировать один из них. Далее, художники рисовали чертежи, специалисты 3D-печати создавали здания. 

Расписывали строения макета более 20 художников. Почему такая группа? Изначально в проекте было задействовано всего несколько штатных художников. Понимая, что не успеваем к концу проекта расписать все 400 строений, мы «кинули клич» по соцсетям, подключили художественное сообщество. Кто один домик взял, кто два, кто-то три. Рисовали все, начиная от  учащихся старших классов детской художественной школы, заканчивая мэтрами, заслуженными художниками России. 

Мы записали семейные истории, рассказанные мологжанами, их детьми и внуками На выставке их можно услышать, надев наушники. 

История страны складывается из историй малой Родины, из семейных историй. 

Какие формы актуализации наследия Рыбинска используете вы и ваши партнёры? У вас есть интерактивы, художественные переработки образов, макеты, аудиогиды, квизы, путеводители?

—Что касается путеводителей, существует хорошее рыбинское издательство «Медиарост» с большим коллективом привлекаемых авторов, иллюстраторов. Несколько десятков книг в серии «Библиотека ярославской семьи» посвящены различным  районам и уездам Ярославской области. Развивается портал https://visitrybinsk.ru.

Основная моя задача — визуализация наследия. Мне очень жалко, что вещи — прекрасные образцы декоративно-прикладного искусства —  хранятся в фондах музея. Выставочная площадь, к сожалению, не позволяет представить всё. Хотелось бы поработать над визуализацией наследия в малых архитектурных формах, в сувенирах, в мерче (аксессуары, на которые нанесён логотип или символика. Прим.ред.). 

МУЗЕЙ И МЕСТНОЕ СООБЩЕСТВО

Как вы работаете с местным сообществом? 

— С местным сообществом мы запустили очень интересный проект «Дом с историей», который имеет грантовую и административную поддержку. В центре Рыбинска сохранился единственный «представитель» деревянного зодчества —  дом фотографа Сиксана. Фотограф был одним из первых в мире специалистов по макросъёмке и получили медали на Парижской выставке. 

Двухэтажный деревянный дом до 2021 года был коммуналкой. Когда последний житель из него уехал зимой 2021 года, неравнодушные жители района, понимая, что дом будет прибежищем маргиналов и рано или поздно сгорит, взяли его под охрану. И на этапе работ по его реконструкции мы как некоммерческая организация подключились к этому. Мы стали действовать с администрацией Рыбинска, потому что на их балансе находится дом. Во-первых, не дали в руки стандартному методу консервации — когда дом просто забивают досками, чтобы туда не залезали маргиналы, бомжи. Однако заколоченный дом выглядит грустно и рано или поздно всё равно умрет. Я был инициатором нескольких трехсторонних совещаний: некоммерческий сектор, общественность, представители администрации, с тем чтобы объяснить такую простую вроде бы вещь лицам, которые ответственны за содержание административного жилья. Мы нашли компромиссный вариант: окна были укреплены, но были укреплены изнутри, а снаружи мы развесили занавески (у меня ещё от бабушки остались), девчонки вырезали из бумаги голубков, птичек, всячески придавали дому уютный, жилой вид. Дом сейчас не смотрится заброшкой, хоть там сейчас никто не живёт. 

Мы сейчас ждём грантового финансирования и бюджетного. Надеюсь, это произойдет. За это время мы силами сообщества (студенты, жители района, краеведы и т.д.) провели более 20 субботников, вывезли штук 10 восьмитонных контейнеров бытового мусора, который накопился в самом доме, на чердаке, на придомовой территории. Работали все бесплатно, администрация пошла нам навстречу, предоставляла нам от Департамента ЖКХ грузовики, чтобы вывозить мусорные контейнеры. Это же тоже услуга и она стоит денег. Сообщество вкладывалось своими силами в эту работу. В холодное зимнее время мы варили большой мармат супа по старинному мологскому рецепту, кормили с супругой волонтеров. 

ПРОБЛЕМЫ

Какие у вас возникали проблемы, трудности в реализации проекта? 

— Наша администрация заинтересована в сохранении культурного наследия. Она понимает его необходимость, вкладывается в исторический центр. В отличие от ресурсоснабжающих организаций. Это люди с железным сердцем. За электричество, газ, воду, будь ты коммерческой или некоммерческой организацией, всё равно платишь по тарифам юридических лиц. Скажем, коммерческая фирма, завод, платит тот же самый тариф электроэнергии, что и музей. Это проблема, которую решить в ближайшее время никак, наверное, не удастся. 

Существует ещё проблема сплочения сообщества. Сообщество разнородное, у каждого свои интересы. Бывает взаимное недопонимание. А если не вместе, то никак. 

КОМАНДА

Кто входит в вашу команду? 

— В команде нашего проекта  дизайнер, художник, резчик, бухгалтер, администратор и я — руководитель. В доме Сиксана отдельная команда, сформированная из жителей района. 

ПЛАНЫ

Расскажите о своих планах на ближайшее будущее. 

— Я всё время шучу, что мы не огромны, как Эрмитаж, мы, к сожалению, ограничены нашим небольшим помещением. Поэтому планов по выставке можно строить много, но физически из стен нам вырваться тяжеловато, поэтому тут, конечно, своеобразные ограничения в этом плане есть. Но мы стараемся. Допустим, сейчас прозвучала инициатива: делать квест по Рыбинску с маскотами, персонажами. Ходить и искать рыб. Почему бы не поиграть в эту игру? Если мы не можем расширить экспозиционную часть, то почему бы нам не пойти на улицу.